Неточные совпадения
И, накинув на голову тот самый зеленый драдедамовый платок, о котором упоминал в
своем рассказе покойный Мармеладов, Катерина Ивановна протеснилась сквозь беспорядочную и пьяную толпу жильцов, все еще толпившихся в комнате, и с воплем и со слезами выбежала на улицу — с неопределенною
целью где-то сейчас, немедленно и во что бы то ни стало
найти справедливость.
Тут, как бы вам это выразить,
своего рода теория, то же самое дело, по которому я
нахожу, например, что единичное злодейство позволительно, если главная
цель хороша.
«Да не это ли — тайная
цель всякого и всякой:
найти в
своем друге неизменную физиономию покоя, вечное и ровное течение чувства? Ведь это норма любви, и чуть что отступает от нее, изменяется, охлаждается — мы страдаем: стало быть, мой идеал — общий идеал? — думал он. — Не есть ли это венец выработанности, выяснения взаимных отношений обоих полов?»
Но если, говорил я сам себе, я
найду кого-либо, кто намерение мое одобрит, кто ради благой
цели не опорочит неудачное изображение мысли; кто состраждет со мною над бедствиями собратии
своей, кто в шествии моем меня подкрепит, — не сугубый ли плод произойдет от подъятого мною труда?..
Этот милый Свияжский, держащий при себе мысли только для общественного употребления и, очевидно, имеющий другие какие-то, тайные для Левина основы жизни и вместе с тем он с толпой, имя которой легион, руководящий общественным мнением чуждыми ему мыслями; этот озлобленный помещик, совершенно правый в
своих рассуждениях, вымученных жизнью, но неправый
своим озлоблением к
целому классу и самому лучшему классу России; собственное недовольство
своею деятельностью и смутная надежда
найти поправку всему этому — всё это сливалось в чувство внутренней тревоги и ожидание близкого разрешения.
— Так и есть! Левин, наконец! — проговорил он с дружескою, насмешливою улыбкой, оглядывая подходившего к нему Левина. — Как это ты не побрезгал
найти меня в этом вертепе? — сказал Степан Аркадьич, не довольствуясь пожатием руки и
целуя своего приятеля. — Давно ли?
Бывало, по
целым дням кисти в руки не берет;
найдет на него так называемое вдохновенье — ломается, словно с похмелья, тяжело, неловко, шумно; грубой краской разгорятся щеки, глаза посоловеют; пустится толковать о
своем таланте, о
своих успехах, о том, как он развивается, идет вперед…
Сели за стол. Алексей продолжал играть роль рассеянного и задумчивого. Лиза жеманилась, говорила сквозь зубы, нараспев, и только по-французски. Отец поминутно засматривался на нее, не понимая ее
цели, но
находя все это весьма забавным. Англичанка бесилась и молчала. Один Иван Петрович был как дома: ел за двоих, пил в
свою меру, смеялся
своему смеху и час от часу дружелюбнее разговаривал и хохотал.
Зато, когда он случайно его
находил, то, бывало, по
целым часам не выпускал уж из
своих рук.
— И я добра вам хочу. Вот
находят на вас такие минуты, что вы скучаете, ропщете; иногда я подкарауливал и слезы. «Век
свой одна, не с кем слова перемолвить, — жалуетесь вы, — внучки разбегутся, маюсь, маюсь весь
свой век — хоть бы Бог прибрал меня! Выйдут девочки замуж, останусь как перст» и так далее. А тут бы подле вас сидел почтенный человек,
целовал бы у вас руки, вместо вас ходил бы по полям, под руку водил бы в сад, в пикет с вами играл бы… Право, бабушка, что бы вам…
Она засмеялась, потом поглядела кругом,
поцеловала записку, покраснела до ушей и, спрыгнув с постели, спрятала ее в
свой шкафчик, где у нее хранились лакомства. И опять подбежала к туалету, посмотреть, нет ли чего-нибудь еще, и
нашла еще футлярчик.
Видишь ли, государь мой, проницательный читатель, какие хитрецы благородные-то люди, и как играет в них эгоизм-то: не так, как в тебе, государь мой, потому что удовольствие-то
находят они не в том, в чем ты, государь мой; они, видишь ли, высшее
свое наслаждение
находят в том, чтобы люди, которых они уважают, думали о них, как о благородных людях, и для этого, государь мой, они хлопочут и придумывают всякие штуки не менее усердно, чем ты для
своих целей, только цели-то у вас различные, потому и штуки придумываются неодинаковые тобою и ими: ты придумываешь дрянные, вредные для других, а они придумывают честные, полезные для других.
Каждая человеческая личность, имея для-себя-бытие, является
своим абсолютным центром; но она же и не имеет самостоятельного бытия,
свой центр
находя вне себя, в
целом.
Ведь были же и у нее минуты забвения, в которые она страстно любила
своего будущего малютку, и тем больше, что его существование была тайна между ними двумя; было же время, в которое она мечтала об его маленькой ножке, об его молочной улыбке,
целовала его во сне,
находила в нем сходство с кем-то, который был ей так дорог…
То вдруг на него
находила страсть к картинкам: он сам принимался рисовать, покупал на все
свои деньги, выпрашивал у рисовального учителя, у папа, у бабушки; то страсть к вещам, которыми он украшал
свой столик, собирая их по всему дому; то страсть к романам, которые он доставал потихоньку и читал по
целым дням и ночам…
Даже злобы к этому
целому Привалов не
находил в себе: оно являлось только колоссальным фактом, который был прав сам по себе, в силу
своего существования.
Надежда Васильевна понимала, что отец инстинктивно старается
найти в ней то, что потерял в старшем сыне, то есть опору наступавшей бессильной старости; она делала все, чтобы подняться до уровня отцовского миросозерцания, и вполне достигла
своей цели.
Так еще в пустынном лесу на глинистых берегах Оки по
целым часам рассуждал Герасим, но, сколько ни думал, ответа на
свои пытливые вопросы он не
находил…
— Я их не знаю… Один из них вышел из кабинета позднее вас всех. Он
поцеловал мою руку и сказал, что если он когда-нибудь понадобится, то всегда к моим услугам, и дал мне
свою карточку, но просил ее никому не показывать из посторонних… А потом все это как-то прошло и забылось. Я как-то никогда не удосужилась справиться, кто был этот человек, а вчера искала карточку и не могла
найти…
Все дышит, в сущности, аматерством короля, влюбленного в искусство, пожелавшего превратить
свою резиденцию в «Афины», где вы
находили бы модели всяких эпох: вот тут — Эллада, там — Рим, здесь —
целый ряд домов в готическом стиле…
В Петербурге (особенно если б журнал пошел бойко и стал давать доход) я решительно не
нашел бы досугов для такого дальнейшего"самообразования", другими словами для возведения
целого здания
своего мыслительного и социально-этического credo.
Мало ли, много ли времени он думал, доподлинно сказать не могу; надумавшись, он
целует, ласкает, приголубливает
свою меньшую дочь любимую и говорит таковые слова: «Ну, задала ты мне работу потяжеле сестриных: коли знаешь, что искать, то как не сыскать, а как
найти то, чего сам не знаешь?
Ступина принесла и бросила какие-то два письма, Каверина кинула в огонь
свой давний дневник, Прорвич — составленный им лет шесть тому назад проект демократической республики, умещавшийся всего на шести писанных страничках. Одна Бертольди
нашла у себя очень много материала, подлежащего сожжению. Она беспрестанно подносила Белоярцеву
целые кипы и с торжеством говорила...
— Все. Как она любит тебя! Счастливец! Ну, вот ты все плакал, что не
находишь страсти: вот тебе и страсть: утешься! Она с ума сходит, ревнует, плачет, бесится… Только зачем вы меня путаете в
свои дела? Вот ты женщин стал навязывать мне на руки. Этого только недоставало: потерял
целое утро с ней. Я думал, за каким там делом: не имение ли хочет заложить в Опекунский совет… она как-то говорила… а вот за каким: ну дело!
Впрочем, рассуждая глубже, можно заметить, что это так и должно быть; вне дома, то есть на конюшне и на гумне, Карп Кондратьич вел войну, был полководцем и наносил врагу наибольшее число ударов; врагами его, разумеется, являлись непокорные крамольники — лень, несовершенная преданность его интересам, несовершенное посвящение себя четверке гнедых и другие преступления; в зале
своей, напротив, Карп Кондратьич
находил рыхлые объятия верной супруги и милое чело дочери для
поцелуя; он снимал с себя тяжелый панцирь помещичьих забот и становился не то чтобы добрым человеком, а добрым Карпом Кондратьичем.
Здесь я, впрочем, по беспристрастию историка, должен объяснить, что, конечно, заседатель не съел в один обед
целого ушата капусты, но, попробовав ее и
найдя очень вкусною, велел поставить себе в сани весь ушат и свез его
своей жене — большой хозяйке.
В два часа темнейшей и теплейшей августовской ночи Аггей Никитич, усталый от ласк и
поцелуев пани Вибель, распрощался с нею и пошел к калитке; но, к удивлению
своему,
нашел ее запертою.
— Одна, и муж-то почти никогда дома не бывает. Еще больше в кабаки ударилась: усчитывает да усчитывает
своих поверенных. Непонятлива уж очень: то копейки не
найдет, то
целого рубля не видит. Из-за самых пустяков по
целым часам человека тиранит!
Переход этот показался резким только одной Марье Валерьяновне, так как, на самом деле, охлаждение к ней мужа шло постепенно, и он сначала принуждал себя ласкать ее, старался забыться под ее ласками, но это принуждение себя сделало то, что он стал к ней чувствовать физическое отвращение и головой бросился в омут разврата и кутежей, чтобы
найти то забвение, которое он почти в течение
целого года
находил в страсти к
своей молодой жене.
Для Гегеля «различные категории не суть собрания отдельных изолированных идей, которые мы
находим в наших умах и которые мы прилагаем к вещам одну за другой, подобно тому как мы стали бы перебирать связку ключей, пробуя их один за другим на многих замках; он пытается доказать, что категории не суть внешние орудия, которыми пользуется разум, но элементы
целого или стадии сложного процесса, который в
своем единстве есть самый разум» (там же, с. 182).
Находя в этих звуках сходство с отвратительным криком грызущихся кошек, народ называет иволгу дикою кошкой] стонут рябые кукушки, постукивают, долбя деревья, разноперые дятлы, трубят желны, трещат сойки; свиристели, лесные жаворонки, дубоноски и все многочисленное крылатое, мелкое певчее племя наполняет воздух разными голосами и оживляет тишину лесов; на сучьях и в дуплах дерев птицы вьют
свои гнезда, кладут яйца и выводят детей; для той же
цели поселяются в дуплах куницы и белки, враждебные птицам, и шумные рои диких пчел.
У куропаток есть три рода крика, или голоса: первый, когда они
целою станицей
найдут корм и начнут его клевать, разгребая снег или землю
своими лапками: тут они кудахчут, как куры, только гораздо тише и приятнее для уха; второй, когда, увидя или услыша какую-нибудь опасность, собираются улететь или окликаются между собою, этот крик тоже похож несколько на куриный, когда куры завидят ястреба или коршуна; и, наконец, третий, собственно им принадлежащий, когда вспуганная стая летит со всею силою
своего быстрого полета.
Князь между тем не забыл главнейшей
цели пребывания
своего в Туле — оружейного завода. Он посвятил ему два утра и осмотрел подробно во всех частях. Многое он одобрил, но многое
нашел требующим значительных улучшений и преобразований.
Чисто с
целью показаться в каком-нибудь обществе Калинович переоделся на скорую руку и пошел в трактир Печкина, куда он, бывши еще студентом, иногда хаживал и знал, что там собираются актеры и некоторые литераторы, которые, может быть, оприветствуют его, как
своего нового собрата; но — увы! — он там
нашел все изменившимся: другая была мебель, другая прислуга, даже комнаты были иначе расположены, и не только что актеров и литераторов не было, но вообще публика отсутствовала: в первой комнате он не
нашел никого, а из другой виднелись какие-то двое мрачных господ, игравших на бильярде.
Она поняла, что он
нашел его, обрадовался
своей находке и, может быть, дрожа от восторга, ревниво спрятал его у себя от всех глаз; что где-нибудь один, тихонько от всех, он с беспредельною любовью смотрел на личико
своего возлюбленного дитяти, — смотрел и не мог насмотреться, что, может быть, он так же, как и бедная мать, запирался один от всех разговаривать с
своей бесценной Наташей, выдумывать ее ответы, отвечать на них самому, а ночью, в мучительной тоске, с подавленными в груди рыданиями, ласкал и
целовал милый образ и вместо проклятий призывал прощение и благословение на ту, которую не хотел видеть и проклинал перед всеми.
Кожин слишком был тяжел и по уму и по характеру, но это был железный человек, когда добивался
своей цели; Семеныч был мягче, податливее и часто мучился «сумлениями» и любил обходные пути, когда не
находил прямой дороги.
Анатоль
целые утра проводил перед зеркалом, громко разучивая
свою роль по тетрадке, превосходно переписанной писцом губернаторской канцелярии, и даже совершенно позабыл про
свои прокурорские дела и обязанности, а у злосчастного Шписса, кроме роли, оказались теперь еще сугубо особые поручения, которые ежечасно давали ему то monsieur Гржиб, то madame Гржиб, и черненький Шписс, сломя голову, летал по городу, заказывая для генеральши различные принадлежности к спектаклю, то устраивал оркестр и руководил капельмейстера, то толковал с подрядчиком и плотниками, ставившими в зале дворянского собрания временную сцену (играть на подмостках городского театра madame Гржиб
нашла в высшей степени неприличным), то объяснял что-то декоратору, приказывал о чем-то костюмеру, глядел парики у парикмахера, порхал от одного участвующего к другому, от одной «благородной любительницы» к другой, и всем и каждому старался угодить, сделать что-нибудь приятное, сказать что-нибудь любезное, дабы все потом говорили: «ах, какой милый этот Шписс! какой он прелестный!» Что касается, впрочем, до «мелкоты» вроде подрядчика, декоратора, парикмахера и тому подобной «дряни», то с ними Шписс не церемонился и «приказывал» самым начальственным тоном: он ведь знал себе цену.
Люди тех кружков, в которых по преимуществу он вращался, смотрели на этот род службы скорее далее неблагосклонными и неуважительными, чем равнодушными глазами, и потому теперь, когда для дальнейшей жизни его предстали вдруг новые задачи и
цели, — ему показалось как-то странно и дико видеть и сознавать себя вдруг военным человеком, хотя, поразобрав себя, он вовсе не
нашел в душе
своей особенной антипатии к этому делу.
Павел Николаевич Горданов, которого Висленев назвал «сиротою», не терпел никаких недостатков в
своем временном помещении. Древняя худая слава губернских пристанищ для проезжающих теперь уже почти повсеместно напраслина. В большинстве сколько-нибудь заметных русских городов почти всегда можно
найти не только чистый номер, но даже можно получить
целый «ложемент», в котором вполне удобно задать обед на десять человек и вечерок на несколько карточных столов.
— О, будь покойна: то, что я скажу, не составляет ничего важного, я просто припомнила в пример, что этот человек, по-видимому, столь холодный и самообладающий, при известии о твоей свадьбе стал такая кислая дрянь, как и все, — точно так же одурел, точно так же злился, корчился, не ел и не
находил смысла в
своем существовании. Он даже был глупее чем другие, и точно гусар старинных времен проводил
целые дни в размышлении, как бы тебя похитить. Я уж не знаю, что может быть этого пошлее.
Ахилла побрел назад к тому месту, где он перепрыгнул на кладбище. Без всякого затруднения
нашел он этот лаз и без задумчивости взялся рукой за торчащий из канавы длинный шест, но вспомнил, что он
свой шест переломил… откуда же опять взялся
целый шест?
По словам наших проводников, река часто выходит из берегов и затопляет лес. Тогда удэхейцы бросают
свои юрты и стараются спуститься к Амуру. Случается, что в течение
целого дня они не могут
найти сухого места, чтобы развести огонь. Спать и варить пищу приходится в лодках.
Обнялися бы, завалилися, стал бы милый дружок целовать-миловать, ласковые слова на ушко говорить: ишь, мол, ты белая да рассыпчатая! «Ах, кикимора проклятая!
нашел ведь чем — костями
своими старыми прельстить!
Он довольно охотно ездил в Головлево, особливо с тех пор, как вышел в офицеры, но не потому, чтобы
находил удовольствие беседовать с отцом, а просто потому, что всякого человека, не отдавшего себе никакого отчета в жизненных
целях, как-то инстинктивно тянет в
свое место.
Аннинька не принадлежала к числу таких личностей, которые в сознании
своих язв
находят повод для жизненного обновления, но тем не менее, как девушка неглупая, она отлично понимала, что между теми смутными мечтами о трудовом хлебе, которые послужили ей исходным пунктом для того, чтобы навсегда покинуть Погорелку, и положением провинциальной актрисы, в котором она очутилась, существует
целая бездна.
С этих пор он безусловно замолчал. По
целым дням ходил по комнате, наморщив угрюмо лоб, шевеля губами и не чувствуя усталости. Временами останавливался, как бы желая что-то выразить, но не
находил слова. По-видимому, он не утратил способности мыслить; но впечатления так слабо задерживались в его мозгу, что он тотчас же забывал их. Поэтому неудача в отыскании нужного слова не вызывала в нем даже нетерпения. Арина Петровна с
своей стороны думала, что он непременно подожжет усадьбу.
— Я объявил себя протектором ордена, но не
нахожу удобным принять его под
свою непосредственную власть, — отвечал государь. — Я не хочу давать тему моим врагам, которые начнут кричать, что я сделал это с
целью территориальных приобретений…
Поверите или нет, я даже не мог злиться. Я был так ошеломлен откровенностью Постельникова, что не только не обругал его, но даже не
нашел в ответ ему ни одного слова! Да немного времени осталось мне и для разговоров, потому что в то время, как я не мешал Постельникову покрывать
поцелуями мои щеки, он махнул у меня за плечами
своему денщику, и по этому мановению в комнату явились два солдата и от него же взяли меня под арест.
Существа наземные даже и представить себе не могут, какие сокровища
находит подпольный человек, разрабатывая странное
свое богатство.
Целые россыпи ярких, острых, сладострастных наслаждений открываются в темных глубинах этого богатства.
Чацкий породил раскол, и если обманулся в
своих личных
целях, не
нашел «прелести встреч, живого участия», то брызнул сам на заглохшую почву живой водой — увезя с собой «мильон терзаний», этот терновый венец Чацких — терзаний от всего: от «ума», а еще более от «оскорбленного чувства».